Как известно Государственная Дума приняла поправки к закону, отменяющие лицензирование строительной деятельности. Также в Государственную Думу был внесен закон о создании саморегулируемых организаций, которые должны стать навой формой регулирования строительной отрасли (закон находиться на обсуждении). Аргументы сторонников отмены лицензирования ясны, они не раз звучали в различных СМИ: «лицензию может получить практически любая компания», «лицензирование превратилось в еще одну «кормушку» для чиновников», «бесполезный бюрократический барьер» и т.д. Мы же решили дать слово человеку «с той стороны», нашим собеседником стал директор «Федеральной лицензионной палаты при Росстрое», Александр Толкачев.

– Каково ваше отношение к отмене лицензирования?
– Мы не отрицаем саму идею негосударственного регулирования. Но для нас важно, что бы строительная отрасль развивалась, а не останавливалась на полпути. На сегодняшний момент инициаторам отмены лицензирования так и не удалось подготовить необходимую нормативную базу для перехода на иные методы регулирования строительной отрасли. Нет ни основополагающего законодательства в сфере саморегулирования, ни отраслевого законодательства в строительстве. Также нет четких и ясных процедур регулирования в сфере безопасности и качества строительства и действенных механизмов контроля. Тем не менее эта ситуация ничуть не смущает авторов законопроекта, которые продолжают настаивать на скорейшей его реализации. Но без действенных и экспериментально отработанных механизмов переход на саморегулирование будет очередной кампанией, которая дискредитирует способность власти к проведению экономических реформ и саму идею негосударственного регулирования.
Строительство не является сугубо автономным процессом. Оно связано с другими отраслями российской экономики и непродуманные, поспешные изменения приведут к сбою в работе всей системы. За последнее время в адрес законодателей было направлено свыше 1700 обращений от государственных и профессиональных структур различного уровня, которые обеспокоены переходом на саморегулирование без каких-либо обоснованных норм. В большинстве обращений содержались предложения об установлении переходного периода от государственного регулирования к иным формам негосударственного регулирования продолжительностью не менее 2 – 3 лет.
К слову сказать, негативные примеры поспешно принятых законов уже есть. Так, например, в отношении оценочной деятельности уже год действует федеральный закон, регламентирующий переход на саморегулирование. Тем не менее за это время не создано ни одной саморегулируемой организации. Не смогли встать на «новые рельсы» и аудиторы. Они до сих пор не могут перейти на саморегулирование и из года в год продлевают лицензирование этой деятельности.
Принимая те или иные решения, мы часто киваем в сторону запада, но там опыт накапливался десятилетиями и переход на саморегулирование инициировался гражданским обществом, а не сверху и в одночасье, как пытаются в России сделать наши законодатели.

– Сторонники создания СРО полагают, что в своем нынешнем виде система лицензирование себя полностью исчерпала. На ваш взгляд, так ли это?
– Отмечу, что в адрес системы государственного регулирования в строительстве было высказано не мало справедливых критических замечаний. Проблемы отмечают и российские и западные компании, работающие у нас в стране. Это наличие административных барьеров, сложности с оформлением разрешительных документов, документов о землеотводах и другое. Однако наряду с этими негативными явлениями те же иностранцы отмечают, что в России созданы понятные правовые рамки для лицензирования профессиональной деятельности и единые требования для всех организаций. Система лицензирования может быть и не идеальна, но, по крайней мере, она унифицирована и предъявляет единые требования ко всем участникам рынка. Лицензирование создало субъектам предпринимательства максимально либеральные условия для выхода на рынок строительных и проектно-изыскательских услуг на территории всей России при обеспечении контроля со стороны государства за их деятельностью. По всей стране работают представительства Федерального лицензионного центра, осуществляющие организационно-техническое обеспечение лицензирования. К примеру, Калининградская компания, получившая лицензию, может работать и на Сахалине, и Камчатке. Если же у заказчика возникают сомнения в отношении подрядчика, никто им не помешает сделать запрос в лицензирующий орган. Реестр Росстроя открыт и доступен для всех. Особое внимание уделяется лицензионному контролю по соблюдению лицензионных требований и буквы закона. Только в 2005-2006 годах была проведена проверка около 100 тыс. организаций строительного комплекса. Меры воздействия применены почти к 16 тыс. организациям. В судебном порядке аннулировано 499 лицензий (в том числе в 2007 году - 159 лицензий). Стоит отметить, что мы работает в тесном контакте с правоохранительными органами – и при расследовании экономических преступлений и при выяснении причин различных аварий на строительных объектах. В настоящее время только система лицензирования позволяет контролировать появление на строительном рынке организаций и индивидуальных предпринимателей уже на этапе возникновения у них намерения заниматься строительной деятельностью.
Мы, к сожалению, очень часто меняем законодательство, многие не успевают отслеживать стремительно меняющееся требования. Закон о лицензировании, принятый всего несколько лет назад – в 2001 – году, еще не выработал ресурс. Давайте просто наполним его новым правильным содержанием.

– Готов ли вообще рынок к переходу на саморегулирование?
– Вопрос, который вы ставите, актуальный. Как я уже отмечал и участники рынка недвижимости, и руководители субъектов федерации обращаются с просьбой сохранить лицензирование. Они просто не видят на сегодняшний день реальной альтернативы лицензированию, инструменту, который работает и на федеральном и на местном уровнях. Ведь перед тем, как соискатель получает лицензию, которая затем позволяет работать во всех регионах России, он проходит экспертную комиссию в субъектах федерации. Далее его право строить должно быть подтверждено лицензионной комиссией. В случае создания сотен, тысяч СРО каждая из них будет предъявлять свои требования. Отсутствие единых технических регламентов, правил и стандартов предпринимательской деятельности только усложнит положение строительных компаний.
Сторонники перехода к саморегулированию планируют создание компенсационного фонда, однако установленная в различных вариантах проекта закона сумма в 2-13 млн. руб. не сможет защитить потребителей, а тем более обманутых дольщиков. Более того, чтобы не говорили сторонники создания СРО, никакой компенсационный фонд не сможет покрыть убытки, связанные с крупными авариями или катастрофами. И придется тем же самым СРО или потребителям строительных услуг компенсировать эти убытки, обращаясь в судебные органы. Только процедура эта будет более емкой: сначала иск будет предъявлен к застройщику, а затем уже к самим СРО, раз они не выполнили взятые на себя обязательства. Все это заведет нас в очередной тупик.
В развитых странах ассоциации создают для решения конкретных производственных задач. Не так давно, например, в Германии возник цементный кризис. Была создана ассоциация, в которую вошли представители всех заинтересованных сторон: производители, потребители, научные организации. Все они сообща и искали выход из сложившегося положения. У нас ассоциация почему-то хочет руководить целой отраслью.

– Вы уже отметили некоторые недоработки в законопроекте. Что еще, на ваш взгляд, следует добавить или изменить?
– Серьезные вопросы у нас есть ко многим положениям законопроекта. Например, нужно обоснованно подойти к определению членства в саморегулируемых организациях и количеству членов конкретной саморегулируемой организации. В законопроектах их количество варьируется от 10 до 100 человек! В отношении ключевого вопроса пректа закона – определению критериев членства в саморегулируемой организации – также пока нет ясности.
Необходимо установить достаточный перечень требований к критериям членства в саморегулируемых организациях в зависимости от видов деятельности, а скорее профессиональной направленности. Как на сегодняшний момент при переходе к СРО будет обеспечено реальное равноправие всех членов саморегулируемой организации, также пока нет ясности.

– Не станет ли новое законодательство дискриминационным по отношению к небольшим компаниям?
– Представители малого бизнеса, на долю которых приходиться большой объем строительных работ, действительно могут оказаться в сложном положении. Не исключено, что членство в СРО станет для них попросту не по карману. В результате строительный рынок превратиться в монополию крупных игроков. Вот этого хотелось бы избежать. Сейчас к нам приходят тысячи индивидуальных предпринимателей, которые хотят иметь свой собственный небольшой строительный бизнес. Они надеются встать на ноги. И мы должны их поддерживать, а не ужесточать требования, и вводить санкции. Безусловно, никто не даст этим компаниям рыть тоннели или возводить небоскребы, они будут решать более скромные задачи. Страна наша огромная и крупные игроки, чтобы они не говорили, просто не в состоянии покрыть всю Россию, кто-то же должен строить фельдшерский пункт в отдаленном сельском районе. То, что не представляет интереса для крупных строительных холдингов, могут взять на себя местные компании, которые, я замечу, хотят работать цивилизованно.
Также можно предположить, что и между самими крупными компаниями будет серьезная конкуренция, в результате мы получи не движение вперед, а внутреннее противостояние. Когда каждый будет претендовать на лидирующую роль в той или иной сфере деятельности.

– Однако и механизм лицензирования, по мнению экспертов, был не идеальным. Можно ли эту модель заставить работать эффективней?
– Мы работаем в соответствии с тем порядком, который утвержден законодательством. И если соискатели лицензии приносят нам пакет документов, полностью соответствующий всем требованиям, мы не в праве отказать. Другой вопрос, что те или иные документы могут быть фальшивыми. Проверить их подлинность порой очень сложно, соответствующих полномочий у нас не достаточно. То есть необходимо соответствующее законодательство урегулирования этих проблем.
Контролем качества строительных работ должны заниматься специализированные органы, это не компетенция лицензирующего органа. Наша задача – еще до начала строительства, образно говоря, согласовать правила игры. Многие приходят к нам в надежде получить лицензию, однако видят наши требования и понимают: еще рано. И мы официально отказали не одной сотни неподготовленных компаний в выдаче лицензий.
В тоже время следует сказать об опциях, которые могли бы сделать работу лицензирующего органа более эффективной. Так, например, в ряде стран компании, грубо нарушающие лицензионные требования, лишаются права заниматься этим видом деятельности. У нас такого нет. И мы видим, что компании, у которых аннулированы лицензии могут придти к нам заново.
Кроме того, сегодня аннулирование лицензии происходит исключительно через суд. Для судебных органов такая практика в новинку, им нужно наработать соответствующую практику, для чего требуется время. Если бы лицензирующий орган обладал полномочиями хотя бы на время приостанавливать действие лицензии, ситуация бы изменилась в лучшую сторону. Такая опция позволит обладателю лицензии исправить ошибки, не дожидаясь решения суда.

– А что вы скажете об обязательном страховании в области строительной деятельности? Некоторые специалисты уверенны, что сохранение механизма лицензирования вкупе с обязательным страхованием ответственности может оказаться весьма жизнеспособным решением?
– Действительно, система лицензирования в сочетании с обязательным страхованием может стать эффективным способом регулирования строительной отрасли. Введение механизмов финансовой ответственности на основе страхования при лицензировании позволит минимизировать строительные риски и обеспечить финансовую устойчивость участников строительного процесса. В тоже время переход на систему обязательного страхования требует отдельного законодательного урегулирования. В связи с неразвитостью страхования строительных рисков весьма сложным является вопрос определения размера страховых тарифов. Мы должны избежать той ситуации, которая сложилась вокруг ОСАГО, когда сначала было принято решение, а затем в суматохе корректировались страховые условия. Страховые тарифы должны быть определены специальными нормами.
Также хочу отметить, что в правительстве РФ была дискуссия о сохранении лицензирования. Вопрос перехода на саморегулирование может рассматриваться только после того, как будет наработана и апробирована соответствующая нормативная правовая база. Это гораздо лучше, чем постоянно откладывать момент вступления в силу нового законодательства. Или вносить бесконечные поправки во введенный нормативный акт, примером может служить Градостроительный кодекс Российской Федерации, да и другие акты в области земельного, жилищного и других законодательств. При этом хотелось бы отметить: интересы национальной безопасности государства требуют безусловного сохранения системы государственного лицензирования для строительства особо опасных объектов, объектов сложных в конструктивном отношении, высотного строительства, объектов военной инфраструктуры и ряда других объектов независимо от перехода строительной отрасли на негосударственное регулирование.