Вот это номер: как туризм становится локомотивом экономики регионов

Автор: Екатерина Горячева

По итогам 2025 года в России было открыто 10,5 тыс. качественных номеров, что на 17% больше, чем годом ранее. Это максимальный показатель за последние десять лет. Общий объем качественного предложения гостиничной недвижимости России, по оценкам, на начало 2026 года превысил 160 тыс. номеров, 25% из которых открыты за пятилетний период, подсчитывает Ольга Широкова, партнёр NF Group. Качественные средства размещения вышли на рынок в 33 регионах; наибольший прирост номерного фонда обеспечили Краснодарский край (2,7 тыс. номеров), Санкт-Петербург (1,3 тыс.), Тверская область (1,1 тыс.), Карачаево-Черкесская Республика (0,8 тыс.), Москва (0,7 тыс.) и Татарстан (0,6 тыс.). По итогам I квартала 2026-го открыто еще около 1 тыс. качественных номеров.

Драйверами, помимо роста спроса, последние шесть лет выступали государственные программы поддержки и нацпроекты. Один из инструментов — льготные кредиты по Постановлению Правительства РФ № 141, принятому в 2021 году. В этом году подходит к концу установленный им срок ввода первых объектов, построенных по таким договорам. Всего в рамках постановления до 2030 года планируется реализовать проекты на 1,2 трлн рублей. И если раньше инвестиции шли в «понятные» локации — Москву, Петербург, Сочи, Золотое кольцо, то благодаря льготному кредитованию, грантам на модульные отели и нулевому НДС, инвесторы начали заходить, например, и в регионы с суровым климатом, сложной логистикой и полным отсутствием инфраструктуры, констатирует Алиса Рыкова, руководитель проектов девелопмента федерального гостиничного оператора UPRO Group.

БЬЮТ В ПРЕМИУМ

Медвежьих углов практически не осталось: везде, где есть хотя бы минимальное количество объектов туристского спроса, возникает турпоток и затем — строятся базы отдыха, глемпинги и отели, соглашается Ксения Непомнящих, заместитель директора управленческого консалтинга CORE.XP. Многие малые города Центрального федерального округа, к которым ранее туристский интерес был весьма скромным, — Касимов, Боровск, Егорьевск, Рыбинск, Калязин, Кострома — не просто сформировали интересные и уникальные аттракции, но «упаковали» себя как полноценный туристский продукт. В 2021-м появился арктический «Китовый берег» — четыре «звезды» в тундре без дорог, сетевого электричества и мобильной связи. На полуострове Рыбачий — Tundra House — премиальные коттеджи с панорамными окнами на берегу Северного Ледовитого океана, рассказывает Алиса Рыкова. В Якутии, с ее перепадами от −50 до +35, пять лет назад открылся Naraada Village в 70 км от Якутска: первый за долгое время проект действительно высокого уровня, с панорамными ресторанами, теплыми коттеджами и спа-концепциями на вечной мерзлоте. На Камчатке и Курилах — одних из самых дорогих строек в стране, с сейсмикой и морской логистикой — всего за несколько лет запущены глемпинги и курорты уровня пяти «звезд» с термальными бассейнами, вертолетными площадками и гастрономическими ресторанами посреди дикой природы. Горный Алтай всего за шесть лет изменил позиционирование с «места для дикарей в свитерах с палатками» на «сибирский Куршевель». В 2023-м на курорте «Манжерок» открылся пятизвездочный отель «Сбера» на 400 номеров со спа-комплексом — крупнейший инвестиционный проект региона. Годом ранее на Катуни, в 30 км от Горно-Алтайска, — Grand Chalet Altay — объект из кедра с рестораном высокой кухни. «Развитие кластера „Бирюзовая Катунь“ сформировало совершенно новый уровень предложения, — убежден Андрей Шемякин, управляющий партнёр SEA Company. — Вдоль всего побережья теперь отели любых категорий, базы отдыха и кемпинги. Самый большой модульный отель „Среди гор“ же почти ни в чем не уступает пятизвездочным „коллегам“, однако три „звезды“ и соответствующие тарифы позволили занять ему ту пустующую нишу, о которой мечтают многие туристы, — побывать на Алтае и насладиться его красотами, но при этом жить не в палатках или не платить за премиальный номер. Или Дагестан, который всего за несколько сезонов стал одним из самых быстрорастущих туристических регионов страны. Похожая динамика есть в малых городах: Мичуринск, Тамбов, ряд северных территорий. Везде отели работают уже не сами по себе, а как „якорь“, вокруг которого и начинает собираться новая региональная экономика впечатлений». 

Алиса Рыкова выделяет несколько общих закономерностей для проектов в медвежьих углах. Строят модульно: кирпич и бетон везти дорого, поэтому 80% новых интересных объектов в отдаленных регионах — это высокотехнологичные модули, собранные в центральной России и доставленные фурами или баржами. Проектируют с автономией: собственные электростанции, системы очистки воды, септики. «Бьют в премиум»: с колоссальными затратами на логистику дешевыми номерами не окупишься, поэтому почти все новые объекты ориентированы на аудиторию с высоким доходом. И каждый раз все и везде сталкиваются с одной и той же проблемой — кадрами: поваров, управляющих и даже горничных нередко везут вахтовым методом из Москвы, Питера и Сибири.

ГДЕ ЕЩЁ ПОСТРОИТЬ ОТЕЛЬ?

КАЛМЫКИЯ

Ограничения: ограниченность инвестиций, сложность со сменой ВРИ и получением ЗУ, климатические особенности (резко континентальный климат).

Потенциал: создание кочевых этнодеревень с возможностью проживания и погружения в быт, государственная поддержка: (гранты) для фестивалей («Тюльпан», «Джангариада»), развитие кемпингов и туристических троп в уникальной зоне природного биосферного заповедника «Чёрные земли».

ТЫВА

Ограничения: труднодоступность, недостижение контрольных точек в рамках региональной программы развития туризма, сложность со сменой ВРИ и получением ЗУ, дефицит современных и комфортных мест размещения, особенно за пределами столицы.

Потенциал: дальнейшее развитие транспортного коридора «Красноярск — Абакан — Хандагайты —Монголия — Китай» и увеличение количества субсидируемых авиарейсов в Кызыл, строительство обеспечивающей инфраструктуры (дорог, линий электропередачи, водоснабжения) к ключевым туристическим точкам — озерам Дус-Холь, Чагытай, Хадын, создание качественного номерного фонда в регионе, в том числе создание туристических кластеров в Тоджинском кожууне.

КУРГАНСКАЯ ОБЛАСТЬ

Ограничения: нехватка качественных гостиниц, кемпингов и точек общепита, а также высокий уровень износа существующей материальной базы, нехватка квалифицированных специалистов, низкая узнаваемость региональных брендов.

Потенциал: разработка туристических маршрутов, субсидирование создания системы навигации и придорожного сервиса, создание «упакованных» инвестиционных предложений под ключевые туристические локации (например, озеро Медвежье — известное лечебными грязями) и их презентация на федеральных инвестиционных форумах.

Источник: Б1

КАКАЯ НЕОЖИДАННОСТЬ

Исследования Всемирной туристской организации ООН (UNWTO) показывают: поток гостей в отелях с местным колоритом выше на 18%, а более 60% путешественников готовы доплачивать за аутентичный опыт.

Самыми интересными и действительно «перезапускающими» территории становятся в итоге проекты, которые не поддаются тиражированию. Например, высокогорные объекты по типу «Приюта 11» на Эльбрусе, арктические лоджи на Кольском полуострове, глемпинги на вулканах Камчатки. Или «Cosmos Эльбрус Липрус Лагерь» — самый высокогорный отель Европы: туристы живут на высоте 3912 метров в футуристических модулях («капсулах») с панорамными окнами на горные вершины, перечисляет Ольга Архангельская, партнёр Б1, руководитель направления по оказанию услуг компаниям сектора недвижимости, строительства, инфраструктуры и развития территорий.

People Stadium Stories в Казани — гостиница прямо в здании футбольного стадиона «АК Барс Арена»; все окна номеров выходят на стадион, а из отеля есть прямой выход в ложу. «Гнездо» (Тюменская область) — два автобуса «Икарус-256» посередине леса, переделанные под номера и дополненные водоплавающей баней. «Особняк Шувалова» в Петербурге на Моховой, отреставрированный по историческим фотографиям, — резиденция с историческими люксами и рестораном в графском кабинете, добавляет Алиса Рыкова. «Хоромы» в Тарусе — здание бывшей библиотеки XIX века превратили в бутик-отель всего на десять номеров, каждый из которых посвящен кому-нибудь из знаменитых резидентов города разных лет: Цветаевой, Паустовскому, Ахмадулиной. Объединяет эти проекты, по словам Андрея Шемякина, то, что все они продают не номер, а опыт места, и его сложно или невозможно масштабировать и перенести куда-либо еще.

Среди других проектов с ДНК «гения места» — энотуристические, причем не только в традиционно «винных» регионах, потому что вино теперь делают практически везде. Роскачество оценивает ежегодный рост посещения виноделен примерно в 25%, и в ближайшие годы потенциальный туристический поток может увеличиться до 5–6 млн. «Винный туризм дает региону самостоятельный повод для поездки, — поясняет Дарья Сологуб, директор по закупкам виноторговой компании Fort. — Вокруг винодельни может формироваться инфраструктура: дегустации, рестораны, камерное размещение, гастрономические ужины, событийные программы, маршруты по окрестностям, локальные продукты. Для региона это важно еще и потому, что винная поездка не привязана к отпускному сезону: люди могут приехать на выходные, на ужин с дегустацией, на камерное событие или ради самого места. Мы уже работаем, например, с концепцией винных путешествий: это закрытые форматы для клиентов компании, которые собираются индивидуально под конкретную группу, регион и винодельню».

Высокий энотуристический потенциал во всех сегментах, по словам г-жи Сологуб, у Волгоградской области, Алтая, Приморья и отдельных северных маршрутов. Впрочем, у сегмента хватает и рисков: нехватка кадров, сложная логистика, слабая транспортная доступность, сезонность, дефицит качественного сервиса. Отдельная опасность — превратить уникальный и ценный своей редкостью опыт в массовую экскурсионную программу. Поэтому выигрывать будут искусно балансирующие между индивидуальностью и предсказуемым уровнем сервиса.

СКЛЯНКИ БЬЮТ

Еще одним пока недооцененным и перспективным направлением остается развитие инфраструктуры вокруг яхт-клубов. По данным IBC Real Estate, более половины (52%) ключевых яхт-клубов России сконцентрированы в шести субъектах: городе Севастополе, Московской, Ленинградской, Самарской, Саратовской и Тверской областях. При этом услуги размещения предлагают только 16 из 52 яхт-клубов, в основном это небольшие гостевые дома и базы отдыха с ограниченным номерным фондом.

Сегменту очень не хватает качественного предложения — как на территориях яхт-клубов, так и в непосредственной близости от них. Однако это возможно только в условиях создания полноценных туристических кластеров, где яхт-клубы выступают лишь одним из мест притяжения.

Развитию яхтинга в целом и наращиванию номерного фонда в рамках таких проектов способствует государственная поддержка. В 2026 году в восьми из двадцати двух регионов, где расположены ключевые яхт-клубы, присвоен статус «базовый вид спорта» в дисциплине парусного спорта, что поможет развитию парусного спорта и получению финансовой поддержки на модернизацию спортивной инфраструктуры.

Кроме того, в 2021 году была принята Концепция развития яхтенного туризма в России на период до 2030-го. В рамках программы реализуются проекты по созданию новых марин, развитию прибрежных территорий, а также масштабные инициативы по формированию современной инфраструктуры для яхтинга.

Одним из крупнейших объектов в стране станет в итоге акватория туристического кластера «Санкт-Петербург Марина», рассчитанная на одновременное размещение до 1,5 тыс. Яхт.

В рамках проекта предполагается строительство гостиниц на 6,7 тыс. номеров. Завершение строительства запланировано на 2030 год. В 2028 году ожидается открытие курорта «Казань Марина», который сможет обслужить до 500 судов и 300 яхт. В обоих кластерах предусмотрено формирование гостиничной инфраструктуры, что обеспечит существенный прирост номерного фонда.

КУЛЬТУРНАЯ НАСЛЕДСТВЕННОСТЬ

Все больше гибких механизмов для интересантов появляется и в сегменте ОКН: льготная аренда, субсидии и специальные условия. Однако инвестору важно соблюдать баланс между уникальностью и экономикой, подчеркивает Андрей Шемякин: чем интереснее лот, тем сложнее его реализовать из-за множества рисков: сложность согласований, высокая стоимость реставрации и длительные сроки реализации. Объекты культурного наследия долгое время считались токсичным активом из-за строгих ограничений, соглашается Алиса Рыкова. Но в 2024 году вышло постановление о «приведении в порядок» не менее 1000 ОКН к 2030 году — и запустило серию новых механизмов для инвесторов. Дом.РФ представил пилотную программу льготного кредитования на реставрацию в 8 регионах: Забайкалье, Нижегородской, Рязанской, Самарской, Смоленской, Тверской, Ярославской и Астраханской областях. После успешного завершения реставрации инвестор получает субсидированную ставку. Параллельно работают региональные и муниципальные программы передачи руинированных ОКН в аренду на 49 лет или в собственность за 1 рубль — при условии восстановления в срок до 7 лет. В Госдуме рассматриваются поправки, которые позволят делать текущий ремонт, не затрагивающий предмет охраны, без дорогостоящих историко-культурных экспертиз. «Это возможность получить премиальную недвижимость в центре городов под бутик-отель или гастропроект с кратным ростом капитализации после реставрации, — уверена Алиса Рыкова. — Но риски — критически высокие. Вскрытие фундамента или стен может увеличить смету в 2–3 раза, лицензированных подрядчиков Минкультуры катастрофически мало, согласование историко-культурных экспертиз занимает годы, а за повреждение предмета охраны предусмотрена уголовная ответственность».

КСТАТИ

Независимо от статуса региона, проекты в индустрии гостеприимства обычно отличаются длительными сроками окупаемости (в среднем от 15 лет с момента начала стройки). Уровень вложений зависит от категории объекта (например, инвестиции в строительство гостиницы 3 «звезды» составляют от 16–18 млн руб./номер, без НДС, 4 «звезды» — от 20 млн руб./номер, без НДС, 5 «звезд» — от 25 млн руб./номер, без НДС).

Риски: увеличение сроков строительства и рост инвестиционного бюджета, поиск квалифицированного персонала на операционной фазе, внутренние и внешние факторы, которые могут повлиять на изначально закладываемые объемы спроса.

Уровень операционной рентабельность варьируется в среднем от 20 до 30% (чистый операционный доход до вычета процентов к валовой выручке).

Источник: Б1 

ОНЛИ БИЗНЕС

Собеседники CRE оценивают как крайне высокий дефицит также качественных бизнеси конгресс-отелей. Однако частный девелопмент сюда пока не спешит. Период окупаемости может достигать 15 лет, что в целом ставит под вопрос целесообразность направления, поясняет Николай Антонов, генеральный директор «МТЛ-Апарт», председатель Межрегиональной Ассоциации апарт-отелей (МААО). В условиях же экономической нестабильности и высоких операционных расходов (инфляция, рост цен на материалы и энергоносители) риски кратно увеличиваются.

Алиса Рыкова также называет окупаемость объектов делового туризма долгой историей, соглашаясь: дефицит конгресс-инфраструктуры в регионах — реальный и острый. Например, в Калининграде регулярно поступают заявки на мероприятия для 200, 300, 400 человек, но провести их просто негде. Схожая ситуация в Амурской области, деловом и логистическом центре Дальнего Востока, ориентированном на связи с Азией, добавляет Николай Антонов. Несмотря на активное развитие гостиничной инфраструктуры, нуждается в дополнительных бизнес-отелях для обслуживания конференций, форумов и корпоративных мероприятий и Казань. Спрос намного опережает предложение и в Новосибирске — регион активно развивается, но номерной фонд не успевает за ростом потребностей бизнес-туристов. Тюменская область и Ханты-Мансийский автономный округ также входят в группу регионов с высоким дефицитом номеров. Развитие нефтегазовой отрасли и других промышленных проектов усиливает дефицит бизнес-отелей с соответствующей инфраструктурой. «Но требуется немало времени убедить инвесторов в том, что бизнес-отели в регионах способны добиваться высоких результатов, — вздыхает Дмитрий Ефимов, кластерный управляющий по электронным продажам и управлению доходностью Kravt hotels& homes. — Хорошим примером может служить, например, Тобольск: стоило в свое время только появиться паре новых отелей в городе, как загрузка на 2024 и 2025 годы составила больше 85% по году. Этот город —важный промышленный узел Тюменской области в энергетике и нефтехимической промышленности. И таких примеров можно вспомнить очень много».

В итоге многие крупные непрофильные игроки — например, нефтегазовые и промышленные — начинают строить бизнес-отели сами. «Как минимум, чтобы размещать своих командированных сотрудников, подрядчиков и партнеров: в регионах типа Нового Уренгоя вообще сложно найти качественное размещение, — поясняет Ольга Архангельская. — Для них это „издержки производства“, а не способ заработка. У подобных отелей нет проблемы с „сезоном“ или поиском клиентов. Загрузка обеспечивается внутренними потоками сотрудников и корпоративными мероприятиями самой компании. При этом гостиница формирует качественный фонд недвижимости в собственности компании. В дальнейшем объект можно продать на открытом рынке или использовать для поддержания имиджа крупного корпоративного бренда».

ТОП НОВЫХ ФОРМАТОВ ИНДУСТРИИ ГОСТЕПРИИМСТВА, ИНТЕРЕСНЫХ ДЛЯ РЕГИОНОВ

БИОХАКИНГ/ЦИФРОВОЙ ДЕТОКС

Центры биохакинга и восстановления: в отелях появляются специализированные зоны для медитаций, капсулы глубокого сна, сауны с ледяными купелями и программы детокса.

Цифровой детокс: отели в природных локациях, предлагающие отдых без вайфая, цифровых гаджетов и телевизоров, чтобы гости могли полностью отключиться от стресса, «сонный туризм» (затемненные номера, библиотеки подушек).

ТЕМАТИЧЕСКИЕ АРТ-ОТЕЛИ

Каждый номер или этаж оформляется как уникальная артинсталляция в коллаборации с местными художниками или историческими музеями.

ГИПЕРЛОКАЛЬНАЯ ГАСТРОНОМИЯ

В меню ресторанов ставят на фермерские продукты и аутентичные рецепты региона, предлагая гостям мастерклассы от шефов.

КЛУБНЫЕ ФОРМАТЫ (MEMBERSHIP)

Отели все чаще работают не только для туристов, но и для местных жителей, трансформируясь в многофункциональные общественные хабы.

Закрытые сообщества: продажа членских карт, дающих доступ к спортивным залам, спа-комплексам отеля и еженедельным закрытым мероприятиям.

BLEISURE-ОТЕЛЬ («РАБОТА + ОТДЫХ = ОДИН ЧЕК»)

75% сотрудников готовы продлевать командировки ради отдыха. Гибрид, стирающий границу между деловой поездкой и отпуском.

WORKATION-ОТЕЛЬ ДЛЯ ЦИФРОВЫХ КОЧЕВНИКОВ

Около 50% работающих россиян планируют совмещать работу и путешествия в 2026 году.

SLOW LIFE & JOMO-ОТЕЛИ

Концепция «замедления» на фоне усталости от ритма мегаполисов, новостного потока и социальных сетей. JOMO (Joy of Missing Out) — осознанное отключение от информационного шума.

DESTINATION HOTEL — ОТЕЛЬ КАК ДЕСТИНАЦИЯ

Не место для ночлега, а самостоятельная цель поездки: концепция, уникальность продукта, фишки, ради которых едут специально.

Источник: эксперты CRE

САМЫЕ АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ДЛЯ ИНДУСТРИИ ГОСТЕПРИИМСТВА В БЛИЖАЙШИЕ ПЯТЬ ЛЕТ

● Дорогие деньги и экономическая неопределенность.

● Остановка/задержка и пересмотр проектов, требующих существенных вложений в инфраструктуру.

● Остановка проектов, реализуемых по 141 ПП из-за роста стоимости строительства и отсутствия альтернативного финансирования.

● Налоговая нагрузка. С 2026 года максимальная ставка туристического налога выросла до 2%, к 2029-му достигнет 5% и будет напрямую закладываться в цену для гостя.

● Инвестиционный разрыв. Внутренний турпоток растет — номерной фонд увеличивается крайне медленно. Пока строятся новые объекты, цены на существующие продолжают расти, а туристы — беднеть.

● Легализация и стандартизация. Обязательная классификация и «обеление» серого рынка — длительный регуляторный процесс, который еще далек от завершения.

● Проблемы с собственниками инвестиционных номеров из-за нарушения обещаний по доходности. Выход собственников из таких проектов с негативным освещением в СМИ.

● Модульные отели и глемпинги «разочаруют» клиентов — однотипность, быстрый износ, отсутствие услуг.

● Деградация территорий массового туризма (Крым, Сочи, Черноморское и Азовское побережья, Дагестан) из-за бесконтрольного строительства апартаментов.

● Кадровый дефицит. Средний дефицит кадров в индустрии оценивается в 30%. Российская туристическая отрасль к 2030 году будет нуждаться примерно в 300 тыс. дополнительных специалистов. При этом уже сейчас рынок сталкивается с устойчивым кадровым голодом и высокой текучестью персонала.

● Необходимость создания уникального предложения. Средний «голый» номер с TV и кондиционером теряет спрос. Выиграют бутик-отели, апарт-отели (с кухней для семьи) и велнес-ретриты и объекты, обладающие собственным культурным кодом.

● Внедрение цифровых решений и их дороговизна. Объектам требуется все больше инвестиций в интра-tech стек: бесконтактное заселение, оплата по ссылке, программа лояльности. Иначе отель станет просто товаром на полке у метапоисковика.

● Репутационный шантаж и умение работать с негативом. В эпоху «голосового поиска» и отзывов на картах управление репутацией становится критичнее цены. Клиент принимает решение за 30 секунд. Если на «Яндекс.Картах» или 2ГИС рейтинг ниже 4.3, клиент даже не откроет карточку. При этом «токсичность» гостей кратно выросла (феномен «злого туриста»). Борьба с накрутками и работа с эмоциями гостя становится основным KPI.

Источник: эксперты CRE

ВЫ НАС НЕ ЦЕНИТЕ

Самый высокий потенциал капитализации сейчас — в ОКН, особенно в регионах турис тических маршрутов вроде «Золотого кольца» или «Серебряного ожерелья», считает Ольга Архангельская. Самая быстрая окупаемость — в глемпинговых проектах по грантам. Например, при получении субсидии на модульные глемпинги в рамках нацпроекта «Туризм» государство компенсирует до 50% стоимости создания модульных средств размещения, но не более 1,5 млн рублей на один номер. Распределяется по квотам между регионами. Требования: земля с подходящим видом разрешенного использования, обязательная эксплуатация не менее 3 лет, стргая отчетность по турпотоку. Зато запуск — за 3–6 месяцев, окупаемость — за 2–3 года. Отдельно — нулевой НДС на услуги размещения. Льгота продлена до 31 декабря 2030 года; действует для классифицированных гостиниц на ОСНО, может повысить рентабельность до 20% и требует раздельного учета сопутствующих услуг. Но основная масса реализованных с привлечением субсидий гостиничных проектов убыточны или имеют очень долгую окупаемость, парирует Дарья Канева, основатель, генеральный директор DSS Consulting Services. Субсидии могут быть выгодными при реализации крупного гостиничного проекта, в составе которого есть разная коммерческая инфраструктура. Проблема и в том, что льготным финансированием в свое время воспользовалось большое количество непрофильных игроков. Как итог — половина проектов не была реализована в том виде, в котором анонсирована (либо же проекты не реализуются в принципе). Поэтому сейчас Минэкономразвития пересматривает свой подход к поддержке отрасли, которая, безусловно, важна, продолжает г-жа Канева.

Алиса Рыкова называет несколько территорий, где сочетание государственной поддержки, низкой конкуренции и нераскрытого потенциала делает вход особенно интересным прямо сейчас. Например, южные районы Алтая (КошАгачский, Улаганский) — ландшафты, напоминающие Монголию, запрос на уединенный и этнотуризм, земля и рабочая сила дешевле, чем в туристическом Манжероке. Государство видит здесь возможность представить новый кластер автотуризма в разгрузку перегруженного Чуйского тракта.

Кировская область (Вятский край) — аутентичная купеческая культура, сохранный исторический центр, готовность местного бизнеса работать с модульными форматами. Идеальное соотношение для тех, кто хочет войти в ОКН или глемпинг с государственным субсидированием.

Мордовия — культура эрзи и мокши, народная музыка, деревянное зодчество, пещерные монастыри. Регион вне классических туристических маршрутов — значит, конкуренции почти нет. Близость к трассам М-5 и М-7 открывает потенциал для семейного туризма «выходного дня».

Самарская область — Волга, «космический» нарратив, этнические традиции. Низкая конкуренция в бизнес-сегменте, острый дефицит загородных отелей. Работает как часть Поволжского кластера с грантами на турпакеты.

Челябинская область — загородные спа и оздоровительные комплексы на природных ресурсах Южного Урала, деловой и семейный поток.

Андрей Шемякин предлагает обратить внимание на Русский Север в широком смысле — Архангельскую область, Карелию за пределами уже известных туристических маршрутов, отдельные территории Коми. Плюс малые города Центральной России «в параллели» с крупными экскурсионными маршрутами — Ростов Великий, Торжок. Очевидно не раскрыт и потенциал речного туризма, а значит, территорий вдоль Волги, Оки, Енисея и Северной Двины.

Кирилл Кудинов, основатель ИСК Inreit, сети апарт-отелей Port Comfort и УК Keyport, недооцененными считает туристические города с населением до 100 тыс. человек. На северо-западе это Зеленоградск, Светлогорск, Выборг.

Марина Смирнова, партнёр, руководитель гостиничного бизнеса и туризма CMWP, констатирует: туризм недокапитализирован практически везде, и предлагает обратить внимание инвесторам, например, на Калмыкию. «Но там, куда никто пока не пошел, как правило, нет инфраструктуры — транспортной, инженерной, — напоминает она. — С учетом стоимости этой части проекты оказываются неподъемными. Так, техприз может составлять до 100% к инвестициям в строительство курорта/ гостиницы на уже относительно обжитых курортах (Алтай, например)».

Впрочем, Андрей Шемякин убежден, что главный риск сейчас — не стройка, а концепция. Ошибка в позиционировании или аудитории, плохое управление почти всегда дороже любых строительных сложностей, подчеркивает эксперт. Концепции, а затем и бизнесы, кроме того, все чаще распадаются из-за выхода ряда гостиничных проектов на многособственнические схемы, добавляет Николай Антонов. Именно «коллективное бессознательное» управление уже сегодня стало острейшей проблемой индустрии. Дальше будет еще сложнее — дорогое финансирование с массовым переходом к распродаже номеров частным инвесторам запустили процессы, с которыми рынок еще никогда не сталкивался.