За восемь лет архитектурной работы на счету Александра Гликмана свыше семидесяти проектов, из которых пятьдесят - осуществлены. Очень высокий результат и это притом, что архитектор Гликман не кланяется заказчикам и берется не за всякий проект. Лауреат Архитектурной премии – 2002 в номинации «Приз общественных симпатий» Александр Гликман рассказывает нашему журналу об новейших тенденциях в области дизайна офисных помещений, о своем опыте работы в сфере оформления интерьеров. А также о своих пристрастиях к ампиру и стилю «ар деко».

- Александр, расскажите, пожалуйста, о своих проектах офисных помещений?
- Я оформлял офисы Совинбанка и МДМ – банка. Это были не ново отстроенные здания, но когда я пришел на проект, там были только голые стены. И это было неплохо, поскольку у меня была интересная интерьерная задумка. Так в случаи МДМ – банка я оформил здание в стиле «ар деко». Процесс проходил как обычно – архитектор придумывает, заказчик за голову хватается, ты его начинаешь убеждать и - убеждаешь. Мне часто удавалось склонить заказчика к своему варианту. Поскольку любой архитектор испытывает давление со стороны заказчика, важно преодолеть, преломить диктатуру заказчика. Наверное, мне в этом часто везло.

- Много ли сил и времени приходиться затрачивать на согласование проекта офиса с заказчиком, на его убеждение?
- В среднем столько же, сколько уходит на утверждение проекта квартирных апартаментов. Переговоры стали стандартным процессом. Раньше статус архитектора был не слишком высок. Почему-то считалось, что заказчик всегда прав, а архитектор должен просто исполнять все его требования. Ныне статус архитектора стал приближаться к должному, вероятно благодаря развитию капитализма. Под капитализмом, я имею в виду капиталистическое сознание и мышление – он раскрепощает людей. Я с удовольствием отмечаю, что, не смотря на свою закрытость, капитализм в России, может уже легко соперничать с капитализмом на Западе. Соперничать, конечно же, по эстетическим параметрам и достижениям.

- Возможно ли архитектурная реализация таких глобальных проектов, как Москва – Сити в ближайшее время или это дело будущего?
- На проекты масштаба Москва – Сити, а это уровень строительства нового Манхеттена, можно замахиваться, но такой проект, как говориться, шапками не закидаешь. Скорее всего, он будет реализован, но в усеченном, более «бедном» варианте. Цельная картина огромного административно – офисного пространства может и не сложиться. Будут современные изящно и новаторски оформленные офисы. Но боюсь, это будут только отдельные проекты. Поскольку до западного уровня обустройства офисного пространства, как это происходит в Голландии, США, Великобритании, нам еще далеко. Не хватает дизайнерской культуры. Мы все – таки значительно отстали от, например, японских мастеров дизайна. Так последним модным веяньем в сфере дизайна офисов является установка в офисном помещении специальной системы автоматически регулирующей освещение в зависимости, как и от времени суток, так и от погоды. Такие системы сверхпопулярны в Японии. До России, как впрочем, и для многих других стран, такие системы еще не дошли.

- Известно, что многие люди бизнеса большую часть времени проводят на работе. Что такой человек хочет иметь в дополнении к своей рабочей зоне? Как должна выглядеть его приват территория?
- Если создавать интерьер для высшего делового руководства, то у больших людей все и должно быть по большому. Выстраивается настоящая VIP – зона, включающая ванную, спальню, комнату для отдыха и релаксации, зону приват переговоров, спортивный комплекс. Такая VIP – зона больше напоминает гостиничный номер экстракласса в пятизвездочном отеле.

- Вам приходилось делать проекты для своих коллег?
- Это не то что бы неинтересно, а довольно сложно. Два архитектора – это, как говориться, три мнения. Как минимум. Поэтому работать можно не для своих коллег, а в содружестве со своими друзьями или единомышленниками. Так мне случалось работать вместе с Олегом Ереминым, Михаилом Терещенко, Дмитрием Серебряковым. Но я всегда старался подвинуть их на расширение пространства для работы. Ныне все же я предпочитаю работать один. Когда я работаю, мне всегда требуется комфорт, даже шик. Я не начну, пока у меня все не будет хорошо. А для кого-то это совсем вовсе и не обязательно.

- Где вы предпочитаете работать?
- Что касается моего рабочего пространства, то есть места, где я работаю, то это моя квартира. Моя и моей жены. Она расположена в самом центре, и здесь довольно трудно спокойно жить, детей воспитывать. Зато удобно работать. Эта квартира и превращена в пространство для работы. Поэтому здесь у меня как бы запасник вариантов, которые по какой-либо причине не пошли в работу. Все эти варианты проектов здесь.

- Может ли офис располагаться в жилом доме?
- Главное, что бы действовал кодекс общежития. Офис не должен быть шумным, а посетители офиса не пересекаются с жильцами дома. В принципе все возможно, но лучше продумать все это изначально. Всего легче сделать с нуля, чем потом переделывать.

- Как выстраивается у вас схема проекта «от старта до финиша»? Есть ли у вас слова, которые ассоциировались с этим процессом – например «кошмар», «ужас», или напротив - «ура»?
- У меня всегда существует предощущение сказки, потому что мне все время хочется нового. Меня не интересует бизнес как таковой, бизнес ради бизнеса. Ведь многие работают так - масляной краской покрасили, тяп-ляп, что-то расставили – и готово. Для меня это не подходит. Я уже дотянулся до чего-то красивого и мне хочется, чтобы в моей жизни и в моей работе мне было бы все интереснее и интереснее. Если я не найду изюминку в проекте, то я за него ни за что не возьмусь. Я пытаюсь бесконечно экспериментировать. И стараясь больше путешествовать – в самые разные страны – Бразилию, Японию. Через месяц я улетаю в Лондон. Везде стараюсь что-то увидеть, отследить современные тенденции, и воплотить их здесь. Если раньше у меня был конвейер, то теперь я не берусь за то, что я не строил.

- Какой стиль в интерьерах вам наиболее близок?
- Я в достаточной мере эклектичный человек. Со времен Египта, заканчивая современным космическим веком, уже столь построено, что архитектура сейчас является галерей повторов. Дизайнерских элементов - великое множество, но надо бережно относиться к наследию. Нельзя изображать красивые вещи криво, диспропорционально. Несоблюдение элементарных правил, изучаемых на первом курсе, приводит к уродству. Такие сооружения надо убирать. На мой взгляд, половину Москвы надо сносить. Только что построенные здания. По ним видно, что это дешевка, что большую часть денег при строительстве украли. Вот, например когда смотришь на архитектуру сталинского периода, видно, что в ней использованы элементы классической итальянской архитектуры. Сейчас вокруг аттракцион безвкусицы. Очень мало зданий и жилых и офисных, которые достойны внимания архитектора – профессионала. Если при социализме была борьба с излишествами, то ныне это игрища слишком быстро выросших детей. Это напоминает песочницу, где эти дети играют в куличики. Московского стиля на настоящий момент – нет.

- Как работается в Москве независимому архитектору?
- Довольно тяжело, поскольку в Москве очень силен протекционизм. И пережитки дикого капитализма в виде права на безраздельную собственность. Мол, это мое, и никто не имеет права сюда влезать. Недостроенное или плохо сделанное, но мое. И никого я на свою площадку не пущу.

- Какой стиль сейчас властвует в Москве?
- Московского стиля сейчас нет, есть стиль мэра. Архитектура сейчас напоминает театр одного актера. Но неожиданно все же «прорываются» стильные сооружения. Необычные, красивые, качественные. А вообще-то в Москве сейчас может быть все, что угодно – был магазин – стало жилье и наоборот. Раньше нельзя было даже лоджию застеклить, а теперь Москва стала просто Бангкоком. Нельзя нарушать архитектуру здания. Изуродовать его можно легко. А вот восстановить…

- Какая основная задача стоит сейчас перед архитектором?
- Поскольку вкусы у всех разные – кто любит Возрождение, кто классику, а кто минимализм, основная задача сейчас сделать как можно качественнее. И еще – офис не должен быть стерильным, его стоит наполнить красивыми вещами. И не забывать, что интерьер, в том числе и офисный, очень быстро наскучивает.

- Какие ваши дальнейшие планы?
- Есть предварительные договоренности. Всех планов я раскрывать не буду, но скажу, что собираюсь работать над несколькими реконструируемыми офисными зданиями. В пределах Большого кольца. Я бы с удовольствием поделился своим опытом на кафедре института, где я учился. Мне удалось сделать много интерьеров, и они все разные. Я считаю, что мне повезло. И я буду продолжать экспериментировать. Ведь количество идей у меня превышает возможности. Я все же архитектор – практик, а не теоретик.